что значит б-3 в военкомате

ЧУМотека: Спаси и сохрани: гостевой пост от Виктора Матвеева

Неофициальный блог НАО

суббота, 22 января 2011 г.

Сейчас уже и не вспомню, сколько мне тогда было лет. Пять или шесть, где-то так. Но - в школу я еще не ходил это точно. М ы пошли с дедом Григорием Павловичем, в общую поселковую баню. И дело даже не в том, куда мы пошли. Просто в тот день я понял для себя раз и навсегда, что такое старость.

Понял так пронзительно и беспощадно ясно, что это воспоминание до сих пор живет во мне. А дело было так. Когда мы уже помылись по полной программе, с парилкой, веником и обработкой дедом меня жесткой мочалкой по всему моему еще тщедушному детскому телу и стали одеваться, дед стал надевать на свое мокрое от пота тело майку, а та задралась сзади на его спине у самой шеи, и он никак не мог ее достать руками. Только и сказал после нескольких безуспешных попыток одернуть ее самому: Внучек, помоги, а-то никак не достану . Вот тут-то меня, сопляка, и пробило а ведь старость-то это тогда, когда уже и майку сам на спине одернуть не можешь! И сейчас, когда уже самому под пятьдесят, каждый раз, одеваясь в бане, ловлю себя на том, что майку я одергиваю пока сам и вспоминаю покойного деда, царство ему небесное. Хороший был у меня дед. В сороковых-пятидесятых годах он ходил капитаном на судах типа Кавасаки , ловил рыбу. Макет судна Кавасаки Сдача семги на рыбоприемном пункте (фото из архива Ненецкого краеведческого музея)

Их со всей командой даже на войну не взяли, хотя они и рвались туда. В военкомате Архангельска им сказали: Нет, ребята, ваш фронт это обеспечение фронта рыбой, а кто ее родимую будет ловить, если не вы? Вот так, волею судьбы, дед и остался в тылу, хотя этот тыл мало чем отличался от фронта. Баренцево море не озеро для прогулок даже в мирное время. Памятью о тех годах у меня осталась Почетная Грамота деда от наркома рыбной промышленности. Коллаж из сохранившихся Грамоты и фото из семейного архива Дед в молодости Дети моего деда . В центре - моя мама Дед никогда не сидел без дела. Постоянно что-то прилаживал, подправлял, не дай Бог - увидит пустое ведро - тут же отправлялся на колодец за водой. Однажды он сказал: Любую работу, внучек, надо делать хорошо, чтобы потом не было стыдно. Любую работу. Даже, если просто копаешь яму. И, не надо чураться самой грязной работы! . Это правило я усвоил на всю жизнь.

Вообще, дед умел зацепить за живое. Вот почему его слова, сказанные когда-то, до сих пор живут во мне. Наверное, потому что все они были сказаны по делу. Внешне дед вроде бы никогда и никуда не спешил. Движения его были скупы и размерены. Он зря не суетился, но всегда все успевал. Когда он умер, я не был на его похоронах. Сейчас уже и не вспомню, почему. То ли в командировке был, то ли болел, хоть убей не вспомню. И поэтому у меня так и осталось ощущение вины перед ним, что не приехал на похороны и не попрощался с ним по-людски.

С моей покойной бабушкой Людмилой Андреевной у них было семеро детей. Из семерых живы только двое. Дядя Саша и моя мать. Самое примечательное , что они самые старшие в семье. Казалось бы, хватили всего: и голодного детства, и войны, и работы невпроворот, а ведь оказались самые живучие. Я давно уже заметил, что то поколение военное самое крепкое - не чета нынешнему. Бабушка, как никто другой, умела создать в доме уют, и веяло от нее такой душевной спокойностью и пониманием всего происходящего, что в присутствии ее все как-то само собой налаживалось и казалось, что так будет всегда, и она будет всегда с нами, и что ничего с ней не может случиться. Они с дедом жили в своем доме и практически каждый год вся родня летом собиралась у них. Ни какого Ю га не надо! Порой и места-то на ночлег всем не хватало. Спали, кто - где. Кто - на полу, кто - на чердаке , в дедовом парусиновом балагане на перине. Это было мое любимое место. Лежишь в нем - воздух свежий, дождь стучит по крыше. Пахнет вениками, и на душе так покойно и легко, как никогда уже не будет. Все живы и счастливы. Работы хватало всем: кто за морошкой в тундру, кто к морю, кто за грибами, кто рыбу ловить. В деревне летом без дела никто не сидел. Летний день год кормит! Далекие, милые были! И дед, и бабушка давно уже отошли в мир иной, дом сгорел, осталось одно пепелище и воспоминания о далеком беззаботном детстве.

Никогда ничего не вернуть. Осталась только щемящая грустью память, да старые черно-белые фотографии и бабушкин крестик, когда-то давно подаренный ею мне. Где бы я ни был он всегда со мной. В какие бы ситуации ни попадал, он всегда со мной мой Ангел-хранитель. Этот крестик ей достался от ее бабушки еще в Койде, где когда-то они жили. Когда я крестился, уже в зрелых годах, взял его с собой в церковь, и отец Владимир, посмотрев на него, сказал: Старинный, сейчас таких и не найдешь вовсе. Откуда он у Вас? Бабушкин - только и ответил я. В нем и крестился. Пока жив ой , он всегда будет со мной. Придет время, Бог даст, передам его своим внукам, и пусть они помнят нас так, как мы помним своих бабушек и дедушек.

А какие пироги пекла бабушка! До сих пор все вспоминают. Когда я женился, помню, на второй год повез свою жену к бабушке на смотрины и вообще родные места показать. Общий язык они нашли сразу, и бабушка научила ее печь пироги. По всем правилам, в печке, а не как сейчас в городе в газовых, да в электрических духовках. Что ни говори, а вкус не тот и ощущения - не те. Давно уже я не был в своем родном поселке. Образованный в 39 году, он пережил свой расцвет в пятидесятые-шестидесятые годы прошлого уже века, когда была большая рыба, был большой рыбзавод с холодильником, и работы хватало всем. Летом сельдь беломорская - наше поколение еще помнит ее вкус :под картошечку, с лучком, да черным хлебом, да непременно 100 грамм холодненькой водочки со слезой! Сейчас такой не найдешь и днем с огнем! Зимой навага, да сайка кормовая рыба. Все жили - на рыбе, да от рыбы. И белуху ловили, и камбалу, и семга с гольцом попадалась. А сколько морских судов заходило в устье рек! Иной раз, напротив поселка, их стояло до десятка и более. Вся река в огнях! А сейчас?! Все пришло в запустение. Работы не стало. Люди разъехались, кто куда. Считай, умер поселок. Сколько их уже умерло по России Больно от этого на душе, да что поделать. Свою роль он сыграл, а то, что ничто не вечно под Луной, так это еще древние знали. Но в природе ничего не проходит бесследно. Жива память, и щемит сердце до слез о том далеком ушедшем времени, которое кажется нам, по сравнению с нынешним, было и добрее, и светлее. Или это только кажется.? Может, мы просто повзрослели, и восприятие жизни стало совсем другим, нежели в детстве и юности? Произошла переоценка жизненных ценностей, как материальных, так и духовных. И ритм жизни убыстрился многократно. Раньше и простое радио было в диковинку! Помню, в детстве все хотел его разобрать и посмотреть, где там спрятались человечки, а сейчас - чего только и нет! Компьютеры, Интернет, телевидение, мобильные телефоны! Поток получаемой информации огромен успевай выбирать нужное и отсекать лишнее. Раньше - письмо написал и жди ответа месяц-другой. Проше было и спокойнее. Прощай, былое время! Мир стал другим, и мы стали другими. Только вспомнятся иногда ушедшие дорогие лица, переберешь старые пожелтевшие фотографии, вспомнишь вкус бабушкиных пирогов и машинально потрогаешь крестик на груди. Спаси и сохрани!

source